БЛОГФорумСсылки Написать письмоПочему Арбуз? Служебная UN ЕЖЕ-движение - международный союз интернет-деятелей

Некоторые материалы о переброске части стока сибирских рек в Среднюю Азию.

Часть 2 Часть 1

Смысл, Василина Васильева, 16.07.2003

Еще недавно казалось, что прошлогодняя идея московского градоначальника Юрия Лужкова о повороте сибирских рек Оби и Иртыша на засушливые земли Центральной Азии не устояла под натиском общественного протеста. Однако это не так. Российское руководство, похоже, сегодня всерьез озаботилось проблемой переброски водных ресурсов страны на территории южных соседей по Содружеству.
Вопрос водообеспечения Центрально-Азиатского региона всерьез поднимался на недавнем заседании глав государств - членов Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Затем эту же проблему обсудили российские депутаты на закрытом заседании комитета Госдумы по делам СНГ. Так, по мнению ряда политиков и экспертов, острый дефицит чистой и питьевой воды в странах Центральной Азии сегодня серьезно угрожает не только экологии и экономике, но и безопасности России.
"Главная опасность жажды в Центральной Азии в первую очередь заключается в возможном социальном взрыве и развязывании межнациональных конфликтов в этом регионе, причем, с участием исламского фундаментализма, - считает заместитель председателя комитета по делам СНГ Госдумы РФ Вячеслав Игрунов. - В этом взрывоопасном регионе любой конфликт может привести к непредсказуемым последствиям. Поскольку границ от Ферганской долины до Казани у России практически не существует, то вся напряженность в рамках Центральной Азии может легко индуцироваться в Россию, которая при этом совсем не заинтересована в дестабилизации каких-либо стран постсоветского пространства".
Помимо угрозы безопасности нехватка воды в Центрально-Азиатском регионе оборачивается России и массой экологических проблем. Обнажившееся дно умирающего Арала площадью 40-50 тысяч кв. метров разносит сотни тысяч тонн песка и вреднейших минеральных солей по российской территории, причем песчаные бури уже доходят до Оренбурга, Орска, Волгограда, Саратова и южных областей Уральского региона.
"Высыхание Арала - планетарный кризис: ежегодный выброс в атмосферу 1 млн. т соли может стать причиной катастрофы глобального масштаба", - заявил недавно президент Казахстана Нурсултан Назарбаев, который считает, что кризис можно исправить только с помощью осуществления проекта поворота сибирских рек, разработанного еще во времена СССР. Мнение казахстанского лидера активно поддерживают и соседи по региону, и сегодня центрально-азиатские руководители терпеливо ждут "доброго согласия России" на реализацию этого проекта.
"Сотрудничество России с Центральной Азией в скором времени будет определяться не столько нефтью и газом, сколько водой, - считает посол Казахстана в РФ Алтынбек Сарсенбаев. - Особого внимания заслуживает то обстоятельство, что проблемой водообеспечения региона активно занялись страны НАТО. Поэтому совместная с Россией программа развития гидроэнергетики в Центральной Азии могла бы сыграть значительную роль в создании будущей инфраструктуры безопасности".

История повторяется дважды

Однако многие российские политики и специалисты никаких перспектив в проекте переброски сибирских рек на засушливые земли Центральной Азии не видят. Мало того, по оценкам ряда экспертов, этот процесс, в свою очередь, может привести к экологической катастрофе в Сибири. Но, несмотря на это, в свое время в разработке проекта приняли участие 150 научно-исследовательских и проектно-изыскательских институтов, в том числе 23 института Академии наук бывшего Советского Союза. Правда, от реализации идеи вскоре отказались, мотивируя тем, что вода, взятая в Иртыше и Оби, вряд ли дойдет в нужном количестве до Арала и тем более южнее. При этом не только Россия и Казахстан, а также другие страны Центральной Азии изъявили желание пользоваться сибирской водой.
"Сегодня в верховьях Иртыша Китай активно забирает воду, что уже приводит к напряженности между китайским государством и его соседями, - комментирует Вячеслав Игрунов. - И никто не сможет Пекину запретить забор воды. Поэтому вопрос о пользовании ресурсами сибирских рек с экологической точки зрения еще более сложен, чем 30 лет назад, когда планировался этот проект".
Действительно, Китай сейчас затевает очень серьезные гидротехнические действия относительно иртышской воды. Так, как по международному соглашению каждая страна может забирать себе 50% воды, которая течет по ее территории, Пекин самостоятельно распоряжается гидроресурсами Черного Енисея, что вызывает большое раздражение России и Казахстана, которые в рамках последнего заседания ШОС стали настаивать на определении консолидированной позиции по совместному рациональному использованию вод Иртыша.
Однако не только региональная безопасность и экологические проблемы, возникшие в связи с центральноазиатской засухой, сегодня беспокоят Россию - Кремль не многим меньше заинтересован в продаже водных ресурсов страны, так как, согласно прогнозам, самым ограниченным ресурсом в ближайшее десятилетие станет именно вода.
"Россия заинтересована в максимальной эффективности этой продажи, - считает г-н Игрунов. - Однако переброска рек с экономической точки зрения совершенно неоправданна, как, впрочем, и в прежние времена. Я не знаю даже приблизительной стоимости этого проекта, как, собственно, не знает никто, Но в своих экономических оценках опираюсь не столько на расчеты, сколько на здравый рассудок. Думаю, что поворачивать сибирские реки в Центрально-Азиатский регион все-таки не будут. Максимум, что можно сделать, это провести трубопроводы и продавать питьевую воду - вот пока единственный экономически обоснованный проект. Но нужно учесть, что, несмотря на все свое желание, центрально-азиатские страны сегодня не готовы покупать у нас воду, потому что им нечем за нее расплачиваться. Они, конечно же, могут приобретать ее в кредит, а Россия потом будет списывать долги".
Однако далеко не все российские умы согласны с. позицией бесперспективности переброски сибирских рек. Например, председатель комитета по делам СНГ Госдумы РФ Андрей Кокошин считает, что, наоборот, процесс переброски Оби и Иртыша в Центральную Азию сегодня актуален как никогда. "В условиях "глобального потепления", когда Центральная Азия продолжает бороться с дефицитом воды, Россия начинает испытывать новую проблему - переизбыток водных ресурсов, о чем свидетельствуют ежегодно происходящие масштабные затопления ее территории, - комментирует г-н Кокошин. - Эти обстоятельства позволяют по-новому взглянуть на перспективы проекта переброски сибирских рек к Аральскому морю, Причем сегодня к финансовому участию в этом процессе готов присоединиться и Казахстан и профинансировать проект процентов на 30. Так же интересна и вполне приемлема идея проводки трубопровода, по которому сибирская вода потечет в Центральную Азию".

Денежный поток

"Продажа воды "за большие деньги" - это совершенно недопустимое упрощение российских экономических проблем, - комментирует Вячеслав Игрунов. - Жажда продавать природные ресурсы и жить за этот счет - просто самоубийство. Рытье водного канала из России в Центральную Азию - полное отключение мозгов и включение (еще одного экспортного. - Ред.) крана",
На самом деле, по оценкам ряда экспертов, вододефицитность в Центральной Азии настолько велика, что вряд ли значительная часть сибирской воды дойдет до Арала. Современные ученые дублируют выводы, к которым их коллеги пришли еще во времена СССР. Скорее всего, по пути вода будет израсходована на обеспечение производственных потребностей и на нужды населения. Оттого вряд ли проект сумеет сыграть какую-то существенную роль в оздоровлении Арала.
К тому же вряд ли такой экстенсивный метод поможет решить и проблему пресной воды для стран Центральной Азии, которые неграмотно используют свои водные ресурсы и, как и в советские времена, не согласовывают между собой правила и объемы использования местных водоемов. Поэтому перетоки сибирских рек вовсе избавят их от необходимости договариваться между собой о культуре водопользования.
По мнению экспертов, часть водной проблемы заключается в постоянном и стремительном росте населения центральноазиатских стран. Если Россия перебросит часть сибирских рек и использует их для питья, то все равно через 20 лет эта проблема опять встанет во весь свой нешуточный рост. За этот срок, во-первых, вырастет население, а во-вторых, климат станет более засушливым. В итоге снова придется изыскивать новые ресурсы. "Проект о переброске воды носит отвлекающий характер по отношению к решению самых больных, самых существенных проблем этого региона -он может только оттянуть наступление этого кризиса и увеличить количество населения, а значит, привести к еще большему взрыву, чем тот, который может произойти, если эта вода не будет направлена в Центральную Азию, - считает Игрунов. - Поэтому сегодня главная задача заключается не столько в переброске рек, сколько в том, чтобы экономно расходовать ту воду, которая есть, и решать демографические проблемы региона".
В принципе, с точки зрения геополитики России от переброски своих рек в южный страны Содружества выгода есть. Как считают некоторые нолитики и эксперты, в таком случае Кремль может довольно части рассматривать вопрос о приостановке водоснабжения, увязывая продолжение работы канала с политическими уступками. Кроме того, существуют серьезные опасения но поводу истинных мотивов предложений о решении водных проблем. Скорее всего, их инициаторы просто намереваются припасть к финансовым потокам, которые потекут из российской казны на осуществление довольно спорного проекта переброски сибирских рек в Центральную Азию.
 

 


Источник - Фергана-ру

Экономическая газета (Москва), Вадим Всеволодович Малых-Богалдин, 08.07.2003

Вадим Всеволодович Малых-Богалдин до 1991 года - профессор Ташкентского государственного экономического университета, вёл программу "Стратегия развития Узбекистана", с 1993 года - сотрудник Дэвис-центра Гарвардского университета, участник программ экономических и геополитических стратегии в Среднеазиатском регионе, с 1996 года - профессор Международного Славянского института.
* * *
Ощущение "дежа вю" возникает при ознакомлении с проектом переброски части стока сибирских рек в Среднюю Азию. Эта утопическая, в прямом и переносном смыслах, идея сегодня реанимируется замшелым поколением динозавров из бывшего Минводхоза и обслуживавших их теоретиков, оставшихся сейчас не у дел. Деятельность всех этих осушителей и обводнителей советских времен достаточно известна. Ее последствия сказываются до сих пор. К сожалению, некоторые вполне здравомыслящие руководители дали увлечь себя этой утопией.
Среди разнообразных проектов (главной целью которых является откачивание средств из бюджета и их расхищение через фиктивные тендеры, подставные фирмы и прочие широко известные схемы) идея переброски сибирских рек в Среднюю Азию выделяется по нескольким причинам.
1. Это один из крупнейших проектов, который в своей конечной стадии ориентирован на государства ближнего зарубежья - Казахстан и, особенно, Узбекистан.
2. Проект претендует, помимо экономической выгоды, на увеличение геополитического влияния России в Среднеазиатском регионе. По достаточно глупому сравнению одного из апологетов проекта - среднеазиатские государства "будут нанизаны на канал, как шашлык на шампур". Интересно, как Каримов или Назарбаев представляют себя и свои народы в роли шашлыков?
В начале 80-х годов доводилось слышать о проекте переброски и от руководства союзного главка - Главсредазирсовхозстроя (Хамраева, Кана) и от рядовых специалистов. Абсолютное большинство мнений было резко отрицательным. Проект касался, и тогда и сейчас, в первую очередь интересов Узбекистана. В России и своей воды хватает, в северном Казахстане пшеница растет на неполивных землях, так называемых богарных, а южнее баранам хватает той воды, что есть, не говоря уже о верблюдах. Что касается Узбекистана, то дополнительная подача больших объемов воды ещё не означает роста сельхозпроизводства.
Водные ресурсы были нужны в первую очередь для роста производства хлопка. Однако для хлопка нужен не только правильный полив, но и жаркий, сухой климат плюс резкие перепады дневных и ночных температур (иначе коробочки не вызреют и не раскроются). Увеличение подачи воды может привести к парниковому эффекту, к превращению климата в субтропический, в котором никакой хлопок расти не будет.
Русло канала обязательно должно быть забетонировано. Без этого потери воды на фильтрацию, даже без учета потерь на испарение, составят до 25 процентов. Но и это не все. Подача воды через степные и пустынные земли приведет к тому, что на поверхность земли поднимется соль и они превратятся в солончаки, на которых вообще ничего не будет расти, кроме верблюжьей колючки.
Такое впечатление, что о полезности переброски воды в Среднюю Азию для производства хлопка рассуждают деятели, имеющие представление о хлопке только как о вате.
Потребуются затраты на строительство большого числа мостов и переходов через канал. Сейчас казахские чабаны перемещаются по степи со своими отарами в любом направлении. В случае строительства канала баранов придется перегонять через мосты. Последствия таких изменений для пастбищного животноводства будут губительными.
Нужна сложная распределительная сеть получаемой воды, система промывки и водосбросов, автоматизированная система контроля расхода воды. Расход бетона, потребности в технике будут просто циклопическими. Решение таких задач было трудным даже для ресурсов мощного Советского Союза. Готов ли и хочет ли Узбекистан пойти на такие затраты? И главное - неужели кто-то всерьёз может думать, что Узбекистан согласится хоть на какую-то зависимость от России? Что возможны какие-то другие отношения, кроме равных партнерских? И что нынешняя Россия вообще представляет какой-то интерес как деловой партнер для Узбекистана?
Почему же всё же возникла идея переброски стока сибирских рек в начале 80-х?
Руководство СССР всегда рассматривало хлопок как важнейший стратегический ресурс. Хлопок был навязан среднеазиатским республикам, в первую очередь Узбекистану, в качестве монокультуры. Недостаточный рост производства хлопка руководство республики чаще всего объясняло нехваткой водных ресурсов. "Маловодные" годы служили обоснованием получения дополнительных средств и страховкой от повышения плана. Кроме того, огромные проекты - это огромные дополнительные вливания в республиканский бюджет.
В общем, руководство республики заняло выжидательную позицию по логике Насретдина, который взялся за 10 лет обучить ишака Корану. "Деньги сейчас, а за 10 лет умрет или хан, или Насретдин, или ишак". Так или почти так и произошло. Хан умер, и на его место пришел ишак, "процесс пошёл" мимо проекта переброски, а Насретдин, получив независимость, занялся решением своих собственных проблем.
Реанимирование идеи переброски воды в Среднюю Азию происходит на фоне экономической беспомощности, развала и разграбления ресурсов России небольшой шайкой плутократов. Лоббисты проекта переброски не отвечают, да и попросту не могут ответить, на ключевые вопросы, составляющие основу бизнес-плана, о которых знают студенты 3-го курса любого экономического вуза.
1. На чем основана убеждённость в экономической выгоде проекта?
2. Кто конкретно будет покупателем воды и по какой цене (за ведро? за кубометр?) её будут покупать в Узбекистане?
3. Какое количество воды и по какой цене нужно продавать воду, чтобы окупить затраты (по разным оценкам, 20-40 млрд. долл.) в течение, к примеру, 10 лет, то есть ещё при жизни авторов проекта, чтобы было с кого спросить?
4. Существует ли и чем реально подтверждается согласие Узбекистана платить за воду?
5. Каково отношение представителей среднеазиатских республик (не считая кучки сбежавших отщепенцев) к проекту?
6. Существуют ли какие-либо серьёзные, в частности внешние, коммерческие источники финансирования, кредитования, инвестиций?
Очевидно, никаких вразумительных ответов на эти самые простые вопросы нет. Несколько удивляет другое. В ходе дискуссий о переброске воды эти вопросы вообще не задавались. То ли по причине элементарной безграмотности, то ли потому, что неблагоприятные, убивающие проект ответы известны заранее.
В настоящее время между потенциальными "поставщиками" воды и её виртуальными "покупателями" нет никаких контактов, даже отдаленно напоминающих соглашение о намерениях. Ни одна среднеазиатская республика не собирается вкладывать в проект даже один цент.
Узбекистан полностью обеспечивает свою продовольственную независимость на базе имеющихся водных ресурсов. Хватает и на полив хлопка и на другие сельхозкультуры.
Россия отнюдь не является ни реальным, ни потенциальным партнером Узбекистана первого ряда. Ни в политике, ни в экономике. По оценкам экспертов МБРР, Узбекистан среди всех республик бывшего СССР является наряду с Белоруссией и Туркменией одной из трех самодостаточных республик. В Узбекистане неизвестно, что такое передача ведущих отраслей в частную собственность, невыплаты зарплаты, продажа земли. Узбекистан рассматривается зарубежными компаниями, в отличие от России, как благоприятная стратегическая экономическая зона.
Иностранные инвестиции в экономику Узбекистана в расчёте на душу населения в 15-20 раз выше, чем в экономику России. Узбекистан проводит трезвую и взвешенную экономическую политику, избегая шараханий от Запада к Востоку, сомнительных бумажных и виртуальных союзов. Создает для своей выгоды конкурентную среду для зарубежных партнеров и умело маневрирует для защиты интересов государства и своего народа.
Соединенные Штаты очень хорошо оплачивают свое присутствие на территории Узбекистана, использование аэродрома под Термезом, в своё время заброшенного Россией во времена ельцинского позора, активно формируют инфраструктуру, создают рабочие места. В развитии своей экономики Узбекистан ориентируется в первую очередь не на продажу ресурсов (очень богатых: золото, уран, нефть, газ и пр.), а на собственное производство и высокие технологии.
В области водопользования основным направлением для Узбекистана является экономия и рациональное использование имеющихся водных ресурсов. В частности, за счет подпочвенного капельного орошения. США широко участвуют в финансировании таких программ, реализация которых не только полностью обеспечит Узбекистан водными ресурсами, но и позволит за счет увеличения стока рек начать восстановление Аральского моря.
Россия со своей водой здесь явно не нужна. Тем более что никакого интереса к каналу со стороны Узбекистана не наблюдается, а об участии в строительстве или финансировании узбекской стороны вообще речи нет. Начинать коммерческий проект, не имея рынка сбыта и потенциальных покупателей, не оценив конкурентную среду и уровень безопасности, - ошибки, непростительные даже для студентов начальных курсов.
Резоны строительства канала все же есть. Причем не те, которые широко рекламируются.
Сценарий первый, маловероятный. Канал каким-то невероятным образом построен. Зная систему нынешней экономики России, можно быть уверенными в том, что минимум половина средств разворована через своих подрядчиков, субподрядчиков, завышение объемов работ, "нецелевое" расходование средств и пр. Вода пошла.
Схема канала, распространяемая через СМИ, ясно показывает, что конец канала упирается в устье Сырдарьи вблизи Арала. Каким образом вода будет подаваться вверх, против течения, на поливные земли, расположенные выше, неизвестно никому, в том числе авторам этой нелепой идеи.
Сценарий второй, более вероятный. Известно, что вытащить деньги из бюджета легче всего под не материальную деятельность - исследования, рекомендации и пр. Примеров этому в России несть числа. Скорее всего, будут профинансированы экологические, проектные и другие изыскания в суммах, несоразмерных получаемым результатам, если вообще какие-то результаты будут получены. Деньги будут уведены на подставные фирмы и организации, родственные авторам идеи, и благополучно разворованы.
Бессмысленность проекта переброски и продажи воды, с одной стороны, и реальный финансовый интерес и личный умысел, с другой, очевидны.
Удивление, если вообще чему-то ещё можно удивляться в России, вызывает разве то, что для откачки денежных средств выбран проект, очевидный по своей бессмысленности и получивший общественный резонанс. В следующий раз можно бы придумать что-нибудь и получше.
У итало-американских мафиози есть хорошее, емкое выражение - "смочить клювик". В смысле отстегнуть часть дохода за "крышу" или за поддержку чиновника. Проект канала на любой стадии, даже предварительной, даст только один реальный результат - его виртуальная вода позволит "смочить клювики" многим чиновникам и родственным им исследовательским и коммерческим фирмам.
Правда, России, экономике и экологии будет нанесен огромный ущерб, но кого это сейчас интересует?


Источник - Фергана-ру

Экономика, бизнес: Урал может стать испытательным полигоном по переброске северных рек в Азию

Лидер (Челябинск), Сергей Парфенов, 26.06.2003

Идея о том, что российская вода должна стать полноценным товаром, которую регулярно озвучивает мэр Москвы Юрий Лужков, похоже, приобретает все новых и новых сторонников.
Так, комитет Совета Федерации по природным ресурсам и охране окружающей среды совместно с администрацией Омской области и МИД России планирует провести 2-7 июля с.г. в Омске свое выездное заседание. Тема: "О водоохранных проблемах бассейна рек Обь и Иртыш в рамках проекта переброски вод сибирских рек для вовлечения их в хозяйственный оборот Российской Федерации и стран Средней Азии". Закрепить эту акцию предполагается круглым столом "Концепция национальной программы "Вода России - ХХI век".
По мнению заместителя уральского полпреда Виктора Басаргина, ряда ведущих екатеринбургских ученых, проблемы, намеченные к обсуждению в Омске, являются актуальными и для Уральского федерального округа, более того - могут существенно повлиять на его экономическую безопасность.
В самом деле, водные артерии УрФО играют огромную роль в так называемом "северном завозе", в обеспечении ритмичной работы нефте- и газопромыслов, в межрегиональных перевозках различных грузов и пассажиров, снабжении населения. Наконец, это нерестилища, рыбные запасы...
Наверное, из памяти россиян еще не стерлись массовые протесты советской общественности 80-х гг., направленные против широкомасштабных проектов переброски северных рек Печоры, Вычегды, Оби, Иртыша, Енисея и других в бассейны Каспийского и Азовского морей, а также в Казахстан и Среднюю Азию.
Тогдашние разработчики преследовали, казалось бы, самые благие цели. Обеспечить население чистой водой. Удовлетворить технологические нужды промышленности и сельского хозяйства. Соединить гидротехнической системой Печору и Волгу (а 40 кубических километров в год - это и спасение умиравшего тогда Азова). Решить целый комплекс проблем огромного региона, охватывавшего Западную Сибирь, Алтай, восточную часть Урала, Казахстана и республик Средней Азии.
Что учитывалось? Что удастся оросить огромные пространства Приаралья, Прикаспия, улучшить водоснабжение промышленного Урала и т.д. Аргументы: если дать живительную влагу богатейшим землям юга страны, они возвратят все затраты сторицей. Ведь только в районе Аральского моря было свыше 20 миллионов пригодных, но бесполезных без воды гектаров; в низовьях Сырдарьи планировалось восстановить 4 миллиона га плодородных земель, еще 2 миллиона гектаров - в Туркмении; хотелось оживить и пустующие пастбища в Казахстане. По берегам каналов планировщикам уже виделись в мечтах города и поселки, предприятия, зеленые оазисы, поля и сады...
16 августа 1986 года Политбюро ЦК КПСС, приняв во внимание негативные настроения в обществе, необходимость дополнительного изучения экологических и экономических аспектов этой проблемы, признало целесообразным прекратить проектные и другие работы по переброске части стока северных рек на юг страны.
Спор закончился, бурные дискуссии утихли. На заре горбачевской перестройки всем, конечно, думалось, что победили демократия и здравый смысл, что эта тема навсегда закрыта. Почему же "опальный" проект возникает опять, но уже в новом тысячелетии?
Думается, одна из причин заключается в том, что за последние 15 лет человечество столкнулось с серьезным, глобальным кризисом, вызванным нехваткой питьевой воды. По прогнозам специалистов, эта беда уже в ближайшие 10-20 лет начнет угрожать всей планете. Вода становится все более приоритетным и вместе с тем взрывоопасным ресурсом. Вспомним хотя бы военные и дипломатические конфликты между Израилем и арабским миром, Ираком и Турцией, Индией и Пакистаном. Египтом и Суданом...
Россия же обладает огромными запасами пресных вод (и Уральский регион - не исключение). Суммарный среднемноголетний сток ее рек составляет 4270 кубических километров (227 из них притекает к нам из-за рубежа). Только в озере Байкал сосредоточено 20% мировых запасов пресной воды. Но в то же время из-за ее недостатка в мире ежегодно умирает 3-4 миллиона человек. Не удивительно, что взоры сопредельных маловодных государств все чаще обращаются в сторону нашей страны, а доморощенные политики и бизнесмены уже "глотают слюнки" и подсчитывают возможные прибыли от экспорта доброкачественной влаги.
Так что "проекты XX века" о переброске части стока северных рек России на юг, надо полагать, будут обсуждаться все чаще, активней. Иное дело, что реанимировать старые технические решения сегодня уже абсурдно. Все они должны остаться в прошлом.
Ведь что тогда предлагалось? По расчетам советских ученых, для полного освоения высокоплодородных земель в бассейне Арала требовалось около 300 кубических километров сибирской воды в год, которые планировалось забирать из Оби и Енисея. Первый этап - 25 кубокилометров, а это, между прочим, один Дон или два с половиной искусственных Урала! Второй этап - уже 50 кубокилометров. А какие цифры фигурировали в проектах? Длина открытого канала "север-юг" - 2500 км, ширина - 280-420 м. Воду должны были подавать мощные насосные станции производительностью 1000 кубов в секунду.
Рассматривался, например, и такой вариант: в районе впадения Тобола в Иртыш соорудить Тобольское море с системой судоходных шлюзов на плотине. Насосы подняли бы воду на 75 метров к Тургайскому водоразделу. Дальше она пошла бы самотеком до Минбулакского водохранилища в Приаральской низменности, а из этого резервуара - в Амударью, Сырдарью, оросительные каналы...
Спорить не приходится: сегодня с водой на Урале тоже не все в ажуре. Сильно страдают юг Тюменской области, Зауралье, восточные районы Челябинской и Оренбургской областей. А в старом проекте переброски, кстати, эти территории предусматривалось обводнить. Правда, сейчас уже другое время, в России сложилась иная природоохранная идеология. Но появились и новые технические, технологические возможности (например, утверждают знатоки, можно "упрятать" воду в гигантские трубопроводы), позволяющие избежать огромных потерь воды, заболачивания земель, разрушения ландшафта, других неблагоприятных экологических (и экономических!) последствий.
Тем не менее самое главное, принципиальное, считают ведущие сотрудники РосНИИВХа из Екатеринбурга, дабы не пороть горячку, не натворить очередных глупостей, неплохо бы сперва взвесить все "за" и "против". Потому, что сегодня, как и в 80-е годы, для реализации проекта нужны не только огромные средства, но и углубленные научные исследования, серьезные прогнозы, учет всех отрицательных последствий грандиозного строительства, которые могут сказаться на природных объектах, качестве жизни миллионов людей.
 

 


Автор about me
Design by dady_MYKC
)c( 2000-2017
Kопирайта нет, копируйте на здоровье :)

100012 лет в Интернете


.